При поддержке Гранада Пресс
Автор: Матвей Зайковский

Политолог Сергей Зырянов оценил перестановки в южноуральском правительстве

Алексей Текслер утвердил список вице-губернаторов и членов регионального кабмина.
Политолог Сергей Зырянов оценил перестановки в южноуральском правительстве
Изменения в южноуральском правительстве обсуждаем вместе с политологом. Фото Дмитрия Куткина (Вечерний Челябинск)

Изменения в южноуральском правительстве обсуждаем вместе с политологом. Фото Дмитрия Куткина (Вечерний Челябинск)

Напомним, в Челябинской области в первых числах сентября прошли выборы главы региона. С результатом в более 80% выиграл действующий губернатор Алексей Текслер, вступивший в должность.

После инаугурации, губернатор провёл ряд кадровых изменений в составе регионального правительства. Так, кабмин покинули четыре вице-губернатора, общее число заместителей главы сократилось до 10. Кроме того, объявлено о планах создать четыре новых министерства и два главных управления.

О том, насколько радикальны такие изменения и что они значат, корреспондент Полит74 спросил у известного социолога, доктора политических наук Сергея Зырянова.

Закон Поланьи

— Насколько вообще для управленческой системы России в общем и Челябинской области, в частности характерны изменения в исполнительной власти после крупных электоральных событий?

— В управлении вообще и в политическом, в частности, по всей видимости, действует закон, сформулированный Карло Поланьи. Этот закон, в общих чертах гласит, что «в управлении выигрывает тот, кто удачнее синхронизирует темпы изменений среды с темпами приспособлений системы управления к этим изменениям».

Зырянов_фото Каргаполова (4).jpg

Сергей Зырянов специально для Полит74 о перестановках в южноуральском правительстве. Фото Олега Каргаполова (архив «Вечернего Челябинска»)

В этом контексте «выстреливает» не тот регион, который быстрее или чаще всех меняет управленческие структуры, а тот, где озвученные выше процессы лучше всего между собой синхронизированы. Поэтому донастройка управленческой системы — это вполне естественный и постоянный процесс.

Конечно, ключевыми точками этого процесса являются какие-либо знаковые события в жизни,как страны, так и региона. К таким событиям можно отнести обновления в исполнительной и законодательной ветвях власти в результате выборов.

Отмечу, что для Челябинской области приход каждого нового губернатора ознаменовывался не только изменениями в персональном составе правительства, но и в его структуре. Например, в 2014 году Борисом Дубровским была ликвидирована должность «председателя правительства Челябинской области».

Алексей Текслер после первого избрания на пост главы региона в 2019 году, сразу же предложил новую структуру кабинета министров: 16 министерств, 7 главных управлений, 2 первых заместителя губернатора и 6 простых. То есть, всего в правительстве было сформировано 23 ключевые структуры: министерств и главных управлений. Однако, уже в 2022 году была проведена очередная реорганизация кабмина, донастройка: число заместителей губернатора увеличилось до 10.

Сейчас же мы наблюдаем очередной этап этого процесса. Уже назначено 15 министров, при этом заявлено, что их будет 19, главных управлений сейчас 9, а станет 11. То есть, после завершения реорганизации в южноуральском правительстве будет 30 базовых структурных подразделений, что на 20% больше, чем в 2019 году.

— То есть, если кратко резюмировать, то сказать, что это нечто «экстраординарное», нельзя?

— Я соглашусь с вашей оценкой. Это естественный и логичный процесс настройки системы управления на новые условия. Нужно подчеркнуть, что темп изменений в жизни российского (и не только) общества в последние десятилетия заметно ускорился.

Цифровизация и другие важные моменты провоцируют более быстрое протекание социальных, экономических и политических процессов. На это нужно реагировать: либо количественно меняя структуру управления, либо качественно.

Персональный состав

— Насколько масштабные, по вашему мнению, изменения произошли в корпусе вице-губернаторов? Ушло четыре заместителя, причём, некоторые из них курировали ключевые направления работы, например, аппарат правительства.

— Ваше предположение о масштабных изменениях представляются обоснованными. Это достаточно серьёзное изменение в персональном составе руководства региона. Тем не менее, учитывая общие тенденции (например, увеличение числа министерств и главных управлений), я думаю, что такая реорганизация оправдана.

Учитывая общие тенденции, я думаю, что такая реорганизация оправдана
При этом выбрана достаточно классическая схема, когда в структуре есть два первых заместителя, которые курируют наиболее значимые общие направления работы. В нашем случае это экономика и социальная сфера.
  
Далее есть некоторое количество просто заместителей, за которыми закреплено два, три, а иногда и четыре министерств и главных управлений, которыми они непосредственно руководят, то есть регулярно проводят оперативные совещания, «снимают» информацию, оценивают её, ставят новые задачи и так далее.

А министры и начальники управлений, как ответственные исполнители, осуществляют руководство подчинёнными им министерствами и управлениями и решают задачи, поставленные перед ними более высокими структурами.

— Тогда как оценивать тот факт, что, собственно, министерский корпус претерпел минимальные изменения?

— Здесь нужно учитывать, что персональные изменения в составе правительства области происходили на всём протяжении первой легислатуры Алексея Текслера. Этот процесс затронул министерский корпус и Законодательное собрание.

Можно вспомнить, что у нас с начала этого года, например, сменился министр образования и науки, глава минздрава, министр промышленности. Если смотреть далее по списку, то можно обнаружить, что в большинстве ведомств происходили такие кадровые изменения.

Ещё замечу, что в результате всего комплекса преобразований персонального состава кабинета министров региона, произошло омоложение персонального состава управленческой системы. Например, министру имущественных отношений только 36 лет.

Также интересно посмотреть на то, откуда управленцы прибыли в Челябинскую область. В этом контексте могу сказать, что большинство членов правительства оказались «коренными» жителями, которые давно работают на Южном Урале.

Новые ведомства

— Если же говорить о создаваемых структурах: четырёх министерствах (ЖКХ, градостроительства, молодёжной политики, международной кооперации) и двух главных управлениях (туризма и ветеринарии), то с чем связано их учреждение?

— Когда губернатор Алексей Текслер представлял членов правительстве, то он коротко комментировал назначения. Создание новых управленческих структур, отметил губернатор, связано с изменениями задач, которые регионам нужно будет решать, начиная с 2024 года, года начала новой легислатуры президента России.

Руки_ручка_документы_Куткин (3).jpg

Направления работы новых ведомств во многом совпадают с утверждёнными указом президента национальными целями развития. Фото Дмитрия Куткина («Вечерний Челябинск»)

Дело в том, что 7 мая нынешнего года вышел указ президента о национальных целях развития до 2030 года. Документ достаточно подробно ставит задачи, с конкретными показателями, которых необходимо добиться.

Также в указе утверждаются новые национальные проекты. Например, «Туризм и индустрия гостеприимства», «Международная кооперация и экспорт», «Молодёжь и дети». Понимаете, откуда «растут ноги» изменений в нашем правительстве?

Кроме того, нужно помнить, что в недавнем выступлении перед Законодательным собранием области Алексей Текслер обозначил 9 направлений развития Южного Урала на 5 лет. Отчасти, они пересекаются с национальными проектами, но есть и уникальные цели.

Например, «Новый облик городов», вот вам и задача, под решение которой, как считает губернатор, нужно создавать министерство градостроительства. Также главой региона были названы такие направления как: «Счастливые семьи», «Сельское хозяйство», «Инфраструктура качества жизни».

Собственно, вот те приоритеты, которые отмечались губернатором, как важные для успешной судьбы нашего региона, и под них и принимаются решения по созданию новых управленческих структур, которые будут отвечать за решение проблем в данных сегментах жизни.

— И в заключение, какими Вы видите задачи, которые предстоит решить нынешнему составу правительства области?

— Главной стратегической задачей, по моему мнению, будет дебюрократизация системы управления. С одной стороны, бюрократия дисциплинирует чиновников, заставляет их действовать в рамках свода правил и норм.

Главной стратегической задачей, по моему мнению, будет дебюрократизация системы управления
С другой же стороны, бюрократия может привести к доминированию практики следования инструкциям, что замедляет как процесс принятия решений, так и достижение конкретных результатов. Иногда это замедление оказывается катастрофическим в конкретной ситуации. От этого стереотипа подданнической политической культуры необходимо избавляться как можно скорее. Это стратегическая задача.

Если же говорить о тактических моментах, то жители Челябинской области ожидают от правительства зримых, ощутимых изменений в своей жизни уже в ближайшее время. Тех изменений, которые можно «пощупать» в своём кошельке, если мы говорим об уровне жизни, или тех изменений, которые можно наглядно увидеть, например, как новую набережную или фонтан. Этот запрос со стороны южноуральского сообщества чрезвычайно серьёзен, и на него нужно реагировать и постоянно иметь ввиду.

Партнерские СМИ

url_rsshttps://cheltoday.ru/yandex/
url_rsshttps://cheltoday.ru/yandex/
Копейский рабочий Юные копейчане получили паспорта
url_rsshttps://kr-gazeta.ru/rss_articles/
url_rsshttps://kr-gazeta.ru/rss_articles/
url_rsshttp://vecherka.su/news.xml
url_rsshttp://vecherka.su/news.xml
url_rsshttps://www.gubernia74.ru/rss/
url_rsshttps://www.gubernia74.ru/rss/