Как раз к выборам. Будет интересно

06.12.2013 12:52 Автор: Сергей ТАРАН.

В конце ноября в Москве состоялся учредительный съезд нового союза политологов, где делегаты от 55 региональных общественных организаций (в том числе и от Челябинской области) приняли решение о создании Российского общества политологов (РОП). Не успела новоиспеченная организация обзавестись собственными уставными документами, в нее уже полетели стрелы: зачем нужен этот «профсоюз» политтехнологов? И не очередная ли это «вертикаль власти» вместо арены для открытых дискуссий?

Чтобы разобраться в этом, на днях журналисты встретились с челябинскими экспертами.

Историческое событие

Декан факультета управления РАНХиГС Сергей Домрачев так и заявил:

— 21 ноября 2013 года в МГУ, на факультете политологии, произошло историческое событие — было создано Российское общество политологов, которое объединяет людей, занимающихся прикладной и теоретической политологией. При этом в нашей стране существует Российская ассоциация политической науки, Академия политической науки, Национальный союз политологов. И вот создано Общество. Просто наросла критическая масса политологов, которые сомоорганизовались в РОП. Это координация интересов, сил.

— Совершенно нормально, когда люди спрашивают, кто такие политологи и зачем они нужны, — включился в разговор политолог, кандидат философских наук Андрей Лавров. — Политология в новой России возникла из трех источников. На кафедрах, где преподавали научный коммунизм, на философских факультетах. Наконец, в политологию пришли и журналисты-аналитики. Всех их условно можно разделить на международников, региональных экспертов и тех, кто занимается федеральной повесткой. По политическим пристрастиям политологи совершенно разные. Пристрастия менять можно, а вот идеологию меняют редко. И тут два основных полюса: государственники и либералы. Но смертельной для политолога является партийная принадлежность. В этом смысле наша новая организация готова принять людей с любой идеологической платформой.

Чем мы занимаемся? Анализом расклада сил в политических элитах. Поскольку народ никогда ничем не управлял, он только платит налоги. Так я считаю. Поэтому элитные игры — основной предмет анализа. Кроме этого, важно изучать тенденции развития общества и информационные потоки. Мы занимаемся и прогнозированием развития ситуации, вскрытием неявных «пружин», чтобы знать, откуда уши растут. Наша задача — давать экспертные оценки и рекомендации.

По мнению Андрея Лаврова, расцвет политологической деятельности в России пришелся на 90-е годы. Однако с построением вертикали власти в 2000-е годы много разных политологов ушло в тень. Почему в начале 2000-х не появилось предпосылок для создания Общества политологов?

— Интернета не было, а СМИ все подконтрольны, — ответил Андрей Геннадиевич. — Как только появились социальные сети, развился Интернет, пошло развитие гражданского общества — возникло большое количество политологов. Причем, кто такой политолог, никто теперь толком не знает. Каждый может себя назвать таковым. В этом смысле у РОПа одна из функций — защита интересов политологов. На самом деле политолог — весьма незащищенная фигура. Общество может оказать и помощь в профессиональном развитии. Мы все сидим в разных вузах, в разных компаниях, а профессиональное общение, конечно, необходимо. С другой стороны, это популяризация. Доходит до того, что не знают порой, где взять политолога. А их множество. Наконец, РОП поспособствует выявлению неких критериев профессионализма.

Чей регион умнее?

По поводу дискуссий вокруг новоявленного Общества проректор Челябинского института экономики и права, член региональной Общественной палаты Сергей Синецкий высказался обстоятельно:

— На самом деле это нормально. Как только возникает какой-то субъект в политическом пространстве, разные политические силы тут же стремятся его прибрать к рукам. Другое дело, как сами политологи смогут соблюдать политическую «девственность». Кто-то сможет, кто-то нет — это все ситуативно.

Мы пока что говорим о политологии доиндустриального и индустриального типа общества. В такой парадигме мы живем. Все это, конечно, вчерашний день. На мой взгляд, поскольку наступает совершенно новая эпоха нашего цивилизационного развития, неизбежно появление общественного интеллекта. Всю предыдущую историю мы двигались на интеллекте элит. Но сегодня наступают конкурентные отношения с общественным интеллектом, благодаря Интернету, возникновению ноосферы, гигантскому количеству идей, которые вбрасываются в общее пространство сегодня совершенно независимо от воли или желания элит. И победит в политической конкуренции то общество, которое сумеет наладить адекватную, эффективную обработку этого хаоса идей, научится использовать разум «роя». Если в доиндустриальных обществах была конкуренция за территории, в индустриальных — за ресурсы, то сегодня мировая конкуренция разворачивается за интеллект. Кто сумеет сгенерировать, собрать вокруг себя самые мощные интеллектуальные ресурсы, тот и победит.

С этой точки зрения надо посмотреть и на регионы, и на страну в целом, где идеи концентрируются сегодня. Тогда будет понятна скорость отрыва одних от других. Сегодня все чаще можно встретить термин «биополитика». Мы буквально находимся на рубеже преобразования человека, его продолжительности жизни. Совершенно непонятно, какая будет в связи с этим новая политика, какие общества отреагируют на это и какой они выберут путь развития.

Кто скажет правду

— Старик Державин «с улыбкой правду говорил царям», — напомнил профессор, заведующий кафедрой политических наук ЧелГУ Андрей Пасс. — Сегодня сильным мира сего говорить правду очень сложно. Я считаю, что сообщество политологов как раз и могло бы обеспечить поддержку экспертам. Каждый политолог по определению претендует на это звание. Это нужно, чтобы улучшилось качество принимаемых решений. Зачастую мы видим, что обосновывают неграмотные, поспешные и даже антигосударственные решения. Этому надо поставить заслон. И экспертное сообщество в состоянии с этой задачей справиться. Наличие организации поднимет статус людей, которые в ней участвуют.

— Для создания общества есть и другие объективные факторы, — продолжил разговор Сергей Домрачев. — Во-первых, наша политическая жизнь качественно изменилась. От однопартийной системы, которая была до 1992 года, мы перешли к многопартийной. Сегодня Минюстом зарегистрировано 57 политических партий. Во-вторых, сложилась новая образовательная система. За 20 лет возникла критическая масса политологов. Они становились как личности, как ученые, хотя этот путь длинный, противоречивый.

Если есть немецкая, американская школа политологии, то когда-то должна сложиться и российская политологическая школа. Это закономерно. Кстати, первый нравственно-политический факультет в России был создан еще в 1755 году.

Сегодня наше общество стало многоукладным, многоконфессиональным. Все это требует изучения, консолидации политологических сил. Нам надо понять, что с нами произошло, чтобы выработать стратегические цели, куда нам идти.

Но пока миссия Российского общества политологов — формирование политологической корпорации, создание таких институциональных и организационных рамок, которые позволят открыть новые возможности для профессионального роста политологов, реализовать накопленный политологами потенциал в практической сфере.

Сейчас мы подеремся

Как будут сосуществовать в одном Обществе политологи разных взглядов, журналисты увидели на встрече. Стоило мелькнуть маленькой искре, как разгорелась большая дискуссия. В качестве запала сработала национальная идея.

— Власти ее сформулировали, — утверждал Сергей Домрачев, — в статьях Путина – шесть проектов.

— Национальной идеи у нас нет совсем. А если есть, то популистская на обещаниях, — немедленно отреагировал Андрей Лавров и пошутил: — Сейчас подеремся! Нет у нас объединяющей идеи. Национальную идею надо выдумать, иначе будет резня всех против всех. А мы, политологи, готовы работать вместе, хоть и дуем не в одну дуду. Нам нужна внутренняя коммуникация, потому что плохо друг друга знаем. Важно, что при всей разнице взглядов организация должна гарантировать возможность высказываться всем.

Разобраться в многоликом спектре политологических мнений, интересов сегодня сложно. Задача нового общества — консолидировать экспертов. Это повысит качество политологического анализа и качество рекомендаций для органов власти.

Влияние каждого политолога можно измерить по частоте цитирования в СМИ и по инсайдерской информации. Любопытно, что в последнее время появился спрос на политические профессии. И тут же у молодежи вырос интерес к политическому образованию. Однако, по словам специалистов, политологи — это штучный товар. Поэтому ими становятся студенты, способные к анализу. Программы по обучению политологии предполагают серьезные философские, социологические, экономические и юридические знания. Из 45 выпускников челябинских вузов трудоустраиваются не все, лишь около десяти процентов.

Региональная общественная организация политологов Челябинска существует на добровольных началах. Ее организатором выступила кафедра политических наук ЧелГУ и факультет управления РАНХиГС. Это открытая добровольная организация, куда может вступить каждый, только с соответствующей аргументацией, почему ты пошел в политологи.

Пока в Российском обществе политологов организован совет правления, в который вошли ректор МГУ Садовничий, экс-премьер Примаков, декан политологии Шутов и еще 22 члена. Скоро состоится первый съезд отечественных политтехнологов и теоретиков. Как раз к выборам. Будет интересно.


Яндекс.Метрика
© 2006-2019 «Полит74»
Редакция: info@polit74.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск