20 февраля 2009, : Автор: Записала Ольга ТИТОВА

Отрывки из разговора

Телеведущего и спортивного комментатора Кирилла Набутова будущие журналисты, студенты челябинских вузов, встретили аплодисментами. Проводить пытались теми же самыми аплодисментами, чем вызвали неудовольствие гостя. «Никогда этого не делайте — не аплодируйте по чужой указке», - сказал он строго.

Кирилл Викторович Набутов родился 16 августа 1957 года в Ленинграде. Отец — футбольный вратарь, спортивный комментатор. В 1979 году Кирилл Набутов получил диплом журналиста Ленинградского государственного университета имени А.Жданова. С 1979 по 1991 годы работал комментатором на Олимпийских играх. В разные годы вел телевизионные программы: «Телекурьер», «Адамово яблоко», «Наш спорт», «Король ринга», «История одного события», «Один день с...», «Служба спасения», «За стеклом». Сотрудничал в качестве корреспондента с РГТРК «Останкино», ВГТРК, CNN, TF-1 и др. Женат, имеет двух сыновей, старший из которых, Виктор, - теле- и радиоведущий.

- Я завидую черной завистью молодым, потому что я таким уже никогда не буду. Моему старшему сыну 31 год. Пока вы не состаритесь, не сможете представить, какую черную зависть могут испытывать старые к молодым. Известный анекдот, когда внук спрашивает у дедушки: «Когда было лучше — сейчас или 30 лет назад?» Дедушка отвечает: «30 лет назад, потому что тогда бабы были молодые». Если вы меня спросите, слушаю ли я Влада Топалова, то я вам не отвечу, потому что только увидев его на афише «Антиспид», я узнал, что он певец. Но зато я про первую русскую революцию много читал.

- Если я начну рассказывать, чему нас учили на журфаке, то вы закидаете меня тухлыми яйцами, так как решите, будто я вам лапшу вешаю на уши. Главным предметом на первом и втором курсах было «Марксистско-Ленинское учение о печати» - это четыре часа в неделю беспросветной лжи, бесконечной и наглой туфты, которую гнали нам с уверенным видом преподаватели. Они были очень пожилые, как я сейчас, бывшие чекисты, партработники. Я помню, одна мысль была, что партийная советская пресса абсолютно правдива и объективна, потому что ей нечего скрывать от народа, хотя большего вранья, чем тогда, в нашей жизни не было никогда. Сегодня есть другая пропаганда. И как любая пропаганда, она тупая и давит на мозги. Но это все-таки совсем не то, что было раньше.

- Человек и есть человек, специалист он по связям с общественностью или по вывозу навоза. Среди ассенизаторов гораздо больше порядочных людей, чем среди специалистов по связям с общественностью, - им меньше приходится врать людям в глаза. В России паблик-рилейшенз — это не связь с общественностью, как буквально переводится это словосочетание, а неформальная реклама. Сейчас все — специалисты по пиару. Вообще, это нужное дело, с развитием корпоративной культуры оно будет развиваться.

- Я не вижу ничего плохого в том, что человек легально продает свой труд. Действительно плохо, когда человек под видом информации «впаривает» рекламу — это называется джинсой, с чем на федеральных каналах идет жесточайшая борьба, так как цена вопроса очень велика. За это можно очень сильно пострадать, вплоть до лишения лицензии.

- Я не помню случая, чтобы в последний раз за какие-то деньги что-то говорил против своей воли. Наверняка, такие случаи в моей жизни были, но, видимо, очень давно — не хочу врать. Я же не белый и пушистый.

- Я журналист и я честный человек. Но кто вам сказал, что честный человек всегда говорит то, что думает. Он кое о чем просто не говорит и тогда не врет. Есть масса вещей, о которых я никогда не стал бы говорить с экрана. Я не стал бы спекулировать на человеческом горе. К сожалению, сейчас каналы за счет этой темы ведут борьбу за рейтинги, но для меня это неприемлемо. Обычное смотреть сложно. Но еще сложнее — соблюсти грань. Мы же делаем товар. За него продюсеры деньги платят.

- Телезрители не очень хотят видеть несчастных людей с экрана. Например, на Первом канале вы не увидите фильм про немого или про болезни. Зачем людей расстраивать? У них и так жизнь сложная.

- Журналист должен иметь интерес к своему герою. Как следователь «разматывает» опытного зэка, так журналист «разматывает» любого героя. Бывают сложные случаи, когда дело имеешь с медийными людьми. Они уже устали от задаваемых вопросов. С ними сложнее разговаривать, так как велика вероятность, что любой вопрос они уже слышали миллион раз. А если выпендриваться, то сойдешь за полного козла. Главная сложность — найти подход к человеку. Именно поэтому не всем удается создавать шедевры.

- Кто-то не любит бокс, - в Швеции бокс был запрещен. Кто-то не смотрит эротические фильмы, — пугается. Я могу с чем-то не согласиться, но не могу это запретить, если не нарушается закон.

- Полной независимости не бывает. Ты не можешь писать все, что хочешь. Ты не можешь в праздничный номер, посвященный Дню Советской Армии, писать про голых баб, если только это не будет отдельно оговорено с главным редактором. Ты принимаешь правила игры того издания, в котором работаешь. Это — нормальная практика во всем мире. Полной свободы быть не может. Владимир Познер любит рассказывать историю, которая случилась с ним, когда он в Америке работал. В каком-то ток-шоу он стал «поливать» гигантскую компанию, которая производит, например, танки. Кончилось дело тем, что компания отозвала очень большой контракт по рекламе. На что начальник телекомпании сказал ему: «Ты про свободу слова забудь. Она за стеной этого здания, а здесь — работа и свои правила».

- Я плохо отношусь к современной российской спортивной журналистике. Пишущая — хорошая, телевизионная — плохая. Как человек, который проехал 12 Олимпиад, 40 чемпионатов мира и получал «Тэфи» как лучший спортивный комментатор, позволю себе так сказать. Это мое частное мнение, можете с ним не соглашаться. Как правило, это скучно и повторяет все, что было на телевидении 30-40 лет назад. Нам не хватает ярких людей, которые могли бы вести прямые спортивные репортажи, которые сочетали бы в себе способности шоумена, хорошее знание предмета и умение это знание донести до зрителя.

- Я лучше отношусь к женщинам, чем к мужчинам. Но к тому, что они идут в журналистику, я отношусь плохо, потому что это мужская затея, требующая жесткости. Но без женщин совсем плохо даже в журналистике.

- Старого миллиардера спрашивают: «Как вы начинали свой путь к вершинам многомиллиардного состояния?» «Я купил 10 яблок оптом по 1 центу, продал по два цента. На полученные деньги купил 20 яблок и тоже продал их. Потом купил 40 яблок и продал, получил 80 центов. А потом умер дядя и оставил мне 18 миллионов». Это к вопросу о везении. Оно должно сопутствовать журналисту, безусловно. Есть люди нефартовые. Они пашут-пашут, но так и не становятся популярными, - нет спроса на них, на то, что они делают. И может человек втуне так и пропасть.

- Мне кажется, полезная штука — стихи читать. Не для того, чтобы их девушкам рассказывать под луной, - стихи тренируют чувство ритма. Оно необходимо для человека, который работает со словом, чтобы не быть монотонным, чтобы уметь смысловые акценты неожиданно расставить. Вдруг обрывать фразу, вдруг накачивать ее эмоцией, окрашивать личным впечатлением. Очень важно чувство ритма, даже когда ты занимаешься монтажом сюжета.

- Я к критике отношусь, как всякий здоровый человек, крайне плохо. Но при этом пытаюсь себя заставить ее слушать, так как она полезнее славословия. У меня есть друг в Москве Володя Кузнецов, он работает на канале «Спорт». Он мне всегда правду-матку режет в глаза. И я знаю, что он врать не будет. У Чарли Чаплина работал человек. Насколько я знаю, имя его, к сожалению, не сохранилось. Его функция на площадке была одна — говорить нет, когда не смешно или плохо сыграно. Его вкусу Чаплин доверял больше, чем своему.


Яндекс.Метрика
© 2006-2019 «Полит74»
Редакция: polit74@inbox.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск