19 ноября 2007, 11:00 Автор: Константин РУБИНСКИЙ

Война отменяется

Человек, догнавший меня на улице, был взлохмачен и небрит. Я бы мог написать, что у него фанатически горели глаза, но глаза не горели. Наоборот, они были тусклые, малоподвижные и странно не вязались с его общим возбуждённым настроением. Он выдохнул: «Здрасте… извините, я вас видел по телевизору… Вот решил спросить, как авторитетного человека… а вы знаете, что скоро начнётся третья мировая война?»

Я хотел ответить что-то вроде «вы опоздали, дорогой, она уже идёт», но, вглядевшись в его лицо, понял, что шуток и метафор он не поймёт. Кроме того, я шёл не один. Со мной были ученики, ребята двенадцати-четырнадцати лет. И они сразу очень напряглись. Тогда я велел им идти вперёд, а сам задержался, чтобы поговорить с человеком.

К сумасшедшим я отношусь неплохо. Есть среди них и здравые люди, этакие Мюнхгаузены из фильма Захарова. Среди безумцев одна порода меня пугает: эсхатологи. Провозвестники конца света. Господа, закупающие говяжью тушёнку тоннами и прячущие её в десятиметровые потайные катакомбы у себя на дачном участке. Господа, которые стоят в подземках с плакатами «Завтра придёт пипец, покайся!» Это люди, в которых, по определению, страх сильнее веры, а ужас перед завтрашним днём темнее, чем всякая любовь к сегодняшнему. Про тётку, расклеивающую самодельные плакаты на остановках, я уже писал, но она, по крайней мере, глядела в будущее с позитивом, призывая народ к борьбе с правительством, а не с сатаной.

И ещё есть у всех Пророков Крышки этакая нотка торжественности: мол, мы знаем, что завтра вы все превратитесь в пепел, а вы и не догадываетесь. И эта нотка придаёт им какое-то божественное значение в своих собственных глазах.

— Откуда у вас сведения о третьей мировой войне? — спросил я взлохмаченного человека.

— Это… закрытая информация. Но я знаю точно. Говорят. Мир будет уничтожен. Геноцид всех русских, всех верующих… Все должны об этом знать. Вы идёте вместе с детьми, я подумал, что дети тоже должны знать…

— Вы верующий человек? — спросил я.

— А как же! — глаза его в первый раз сверкнули.

— Вы знаете определение «промысел Божий»? Читали в Библии, что, если Господь не захочет, ни один волос не упадёт с вашей головы? Чего же вы суетитесь и работаете тут Богом? Вы считаете, что вам открыты пути и тайны Его, что вы знаете о будущем больше, чем любой смертный?

Он смутился. Вообще, он вряд ли был из секты. Скорее всего, безумный одиночка, который сам, напрямую, получает информацию с неба. Мне вспомнился Павел Глоба, который несколько лет назад на Аркаиме сказал, что через год Москва и Питер ухнут в преисподнюю, а Урал с Аркаимом станут центром мира и пупом земли. Помнится, какой-то человек, искупавшийся в речке, проходил с полотенцем мимо этой жуткой лекции и спросил, прикинувшись бревном: «А где вас можно будет найти через год?» Глоба страшно обиделся. Я бы на его месте тут же проклял бы и Урал, предписав ему провалиться сквозь землю заодно со столичными городами.

Мой собеседник тоже не ждал «наезда», но, в отличие от Глобы, чёткой программы по ответам ещё не выработал. Ему не терпелось рассказать мне про Бога и про Его секреты, а оказалось, что я всё знаю, но при этом с ним спорю. Он ждал, что поразит меня страшным откровением, а мне страшно не было.

— У вас есть семья? Дом? — продолжал я некорректные расспросы. Вообще, обычно я не такой наглый, но тут внутри меня будто плотина рухнула.

— Есть…

— Идите, приласкайте детей, поцелуйте жену, вымойте дома пол, посадите под окном деревце, — и клянусь вам, третьей мировой не будет. Вас помилуют.

Боюсь, он меня не понял. Он отошёл, озадаченный, поглядывая на меня, как на психа; в этот момент мне стало ясно, что сбить с толку сумасшедшего может только другой сумасшедший. Сложно было ему объяснить, что для отдаления конца света нужно делать всё, что угодно: молиться, поливать цветы, читать хорошие книги, навещать старенькую маму, — но только не бегать по перекрёсткам со встрёпанными волосами, рассказывая людям сногсшибательную новость. «Спасись сам — и вокруг тебя спасутся тысячи» — почему фанатики помнят всё, что угодно, кроме этой главной мысли?

Я догнал детей. Они смотрели на меня встревожено.

— Ну, что там с третьей мировой? — спросил один из них.

— Мы договорились. Пока отменяется, — ответил я.




Яндекс.Метрика
© 2006-2018 «Полит74»
Редакция: info@polit74.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск