22 октября 2007, 13:00 Автор: Сергей СМИРНОВ

Продавцы воздуха

- Господа, пиво! Пожалуйста, пиво, господа! Этот крик был способен поднять даже мертвого. Особенно утром. Особенно с бодуна. Мы привыкли, что пиво – живительная влага, возвращающая человека к жизни, было в большом дефиците. Как, впрочем, и многие другие продукты.

Мы выскочили в коридор старенькой убогой гостиницы. Миллионер Вадик - спонсор концерта ансамбля «Иваныч» в ДК провинциального городка, улыбался как Дед Мороз, что подарки нам принес. Ящики с пивом стояли в четыре яруса! «Капитализм! - восхищенно сказал гитарист Раф Максумов.

В начале 90-х годов нам очень хотелось разбогатеть. И, казалась, что наступило время, когда сделать это значительно легче, чем замочить два пальца. Все бросились в торговлю. Вот и я, собкор лучшей газеты страны поддался этой алчной идее и по совместительству устроился в фирму под названием «Конверсант» начальником отдела маркетинга. Фирмой руководил бывший майор ВВС, в стране была конверсия, отсюда и название.

Раз в неделю нам звонил товарищ с Украины и сообщал, что в Челябинск вышло энное количество КАМАЗов с грузом. Машины шли с подсолнечным маслом в бочках, с сахаром в мешках, и еще с чем-то, не помню. Пока груз находился в пути, я рысью бежал по магазинам, и предлагал товар на реализацию. В магазинах было пусто, но товар не брали! Сонные тетки в белых халатах второй свежести недовольно кривили лица: «А дрожжей нет? Вот если бы дрожжи…». Дрожжи были в ходу по простой причине: на них можно было не только поднимать тесто, но гнать бражку. Тетки не брали товар тоже по очень банальной причине: магазины были государственные – никто не был заинтересован в ускорении товарооборота, в выручке и прочих экономических показателях. Премии за ударный труд? Да катись они к… матери!

Основным источником дохода были взятки. Что, собственно говоря, у нас и вымогали. Мы давали мешок сахара директору, мешок – главбуху, мешок – кассиру, и мешок – остальной братии вороватых работников торговли. А они продавали все это, как говорится, из-под полы.

Давать приходилось всем. Как только КАМАЗы припарковывались возле гостиницы «Малахит», тут же возникали братки, которые требовали мзду. Ежели мзду не давали, утром у машин были проколоты шины. Когда я пришел подписывать бумажку в районную администрацию, нужный кабинет был закрыт, а оттуда слышались очень веселые голоса, исполнявшие популярную народную песню. И это в 11 часов! Я постучал. Вышла тетка, извинилась (!), и объяснила, что у сотрудницы день рождения. Узнав, чем наша фирма торгует, предложила заключить договор… с администрацией. Я понял, что жизнь чиновников значительно слаще сахара, который мы суем на взятки торговцам.

При встрече со знакомыми мы больше не задавали вопросов типа: «Как здоровье? Как дела?» Мы спрашивали: «Чем торгуешь?» И товарищ из обкома ВЛКСМ гордо говорил: «Есть пароход с сахаром. Пароход стоит в Турции. Гони бабки – мы эшелонами переправим сахар в Челябинск». Это где столько взять бабок? «А грузовик можно?» спрашиваю товарища. – «Нет, на грузовики пароход не делится. Бери все!» Или: «Есть вагон с тушенкой. Закладывай свой интерес…». Интерес – это надбавка, которую я должен получить в случае продажи вагона. Но где этот вагон? Между мной и моим знакомым стояла цепочка посредников, начало которой обычно найти не удавалось. Это было нечто вроде игры в торговлю.

Однажды для меня эта игра чуть не закончилась печальным образом. Мне предложили продать редкоземельный металл - цирконий. Вечером ко мне пришли люди в костюмах «Адидас». Меня пытали: «В прутках цирконий, или в слитках?» Я им ничего не дал, потому что не знал, где находится этот чертов цирконий, и с трудом отфутболил братков к другому посреднику.

В то время бесчинствовал рэкет. Уличные киоски обшивали железом, ставили на окна решетки – не помогало. Киоски жгли. Товарищ, вернувшийся из командировки в Магнитогорск, сказал: «А вот в Магнитке передел собственности завершен!» И пояснил: «В городе поставили типовые стеклянные киоски. Обороняться не от кого – значит, появился один хозяин».

В больших и малых фирмах было принято иметь «крышу» - бандитскую, или милицейскую. Нью – коммерсанты почему-то ложились под бандитов, видимо, считали, что так надежнее. Бандиты внедряли в фирму своих людей, которые выгрызали ее изнутри. Да так, что даже косточек не оставалось. Не знаю почему, но ни бандитский, ни милицейский рэкет до нас не добрался. А может, и добрался, я ведь не директор – знал далеко не все.

Мы были людьми маленькими. Зарплату нам выдавали натурой – спиртом «Рояль» или майками с надписью «Гуччи». Мы были рады и этому. Наличные деньги были в большом дефиците, так что «нал» и «безнал» оценивались по разному курсу. Такие, как я, лохи, довольствовались малым, но были и ребята, которые рубили бабки по-крупному. Правда, и срока получали немалые. Вадик, отсидевший за спекуляцию водкой в советское время, организовал частное предприятие «Риск», и рисковал по полной программе: хоть и капитализм наступал, но торговать водкой паленой у нас в стране не приветствовалось!

Вадик хотел жить весело. И это у него получалось. Сначала пригласил в свой городок ансамбль «Иваныч» с Валерой Ярушиным, затем – «Русских», а потом и вовсе, как говорится, приподнялся – в захолустном городишке выступили красавцы из группы «На-На»! Давали ребята по два концерта, получали за пять! Пьянствовал Вадик не только с музыкантами - сам Лев Дуров с ним за одним столом сиживал.

Как-то захожу вечером в кафе «Мэри», смотрю – Вадик с дамой сидит. Дама – знакомая журналистка. Стол накрыт в отдельной комнатке, трещит от яств. Оба молчат: интеллектом Вадик не блещет, о чем говорить? Журналистка (не она ли пишет на сайтах, что я трус, лжец и сплетник?), говорит: «А не устроил бы ты меня, дорогой, на работу с приличным окладом?» «Ха, - отвечает Вадик, - а что, шубы норковой тебе недостаточно?»

Кафе «Мэри» вперед всех встало на рельсы капитализма. Здесь не выгоняли посетителей в 11 часов ночи – сиди, хоть до утра! И обслуга приветливая: «Какие пельмешки сварить? Не желаете ли свежих помидорчиков?» Свежие помидорчики в марте – это было что-то! Приглашал Вадик сюда музыкантов, в компании которых я отирался, и устраивал конкурсы: «Кто лучше споет песню – 10 тысяч!» И пели. Пели очень известные люди, лауреаты различных фестивалей. (Фамилии называть не буду – хорошие ребята, просто были голодные).

Когда Вадик надирался, у него просыпалась страсть к путешествиям. «Едем… в Уфу!» - орал он, и колонна из десятка «Волг» трогалась в путь. В дороге Вадик засыпал, а, проснувшись, спрашивал: «Где мы?». - «В Уфу едем!» - «Какая Уфа? Разворачиваемся, едем в Кустанай!» И мы брали курс на Казахстан. Покатался наш Вадик вволю. Но, однако, доездился. Как-то на дороге остановили его бойцы из ОМОНа, и отправился Вадик опять на нары…

(Продолжение следует).


Яндекс.Метрика
© 2006-2018 «Полит74»
Редакция: info@polit74.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск