17 сентября 2007, 16:00 Автор: Константин РУБИНСКИЙ

Это я

В субботу в кафешке окликнул друг, с которым не виделись двадцать лет, а нам обоим всего-то в районе тридцати от роду. Я не сразу вспомнил его имя, хотя сразу вспомнил лицо. Когда нам обоим было по восемь, девять, десять, мы отдыхали вместе в деревне и дружили не-разлей-вода — лодка, рыбалка, грибы, «казаки-разбойники»… Что куда подевалось? Вглядываясь в его спокойное лицо, которое, в общем-то, не сильно изменилось, разве что выглядит более уставшим, чем тогда, — спрашиваю себя: неужели это он, мой деревенский друган Макс?

А потом в ужасе думаю: а неужели это я, тот маленький худой пацан по имени Костя? Неужели вот это я стою перед ним в бейджике (жюрил один креативный конкурс), раздобревший, рано седеющий, гордый какими-то своими взрослыми достижениями? А помнишь, — хотелось сказать: помнишь, как ты начал раскачивать на середине озера лодку, и мы, два гнома-дурака, чуть не свалились в воду? А помнишь, как мы боролись на лужайке? А помнишь…
Чёрт возьми, неужели это я? Не так удивительно, что он — это он, но вот что я — это я…

Рассказывала одна знакомая: недавно испытала жуткое чувство абсурда и неправдоподобия. Она сидела с подругой на своей загородной фазенде, обсуждала глюки в отношениях с мужьями и одновременно делала внушение своим маленьким пацанам, которые пытались копать червей в цветочной клумбе. И вдруг ужасная мысль ниоткуда пронзила её: «Неужели это я? Та маленькая Катька? Вот сижу и учу жизни своих детей, такая взрослая, такая проблемная, такая серьёзная? Неужели это случилось со мной, и вот она — я: выросшая девочка, которая уже помогает решать матери её проблемы, а не наоборот? Которая знает, как водить машину? Которая серьёзно задумывается над вопросом, в какие дни действительно необходимы контрацептивы?»
Да не может этого быть.

Нет, может, может; Макс смотрит на меня испытующе. Он как бы хочет взглядом что-то наверстать за эти двадцать лет, а может быть, убедить себя и меня, что всё не так уж и изменилось. А может, я это всё выдумываю. Его маленькая дочурка подбегает, садится за стол и начинает обед, с опасливым интересом поглядывая на меня. Мы с ней незнакомы. Мы из разных миров. Если бы мне сейчас было десять, я, наверное, знал бы, как завоевать её сердце двумя-тремя фразами.

Нет, всё очень изменилось. Всё так изменилось, что даже не хочется вспоминать, как оно когда-то было.

«Я, я, я! Что за дикое слово! Неужели вон тот — это я? Разве мама любила такого?» — спрашивал себя когда-то Владислав Ходасевич, стоя у зеркала. Мне и к зеркалу не нужно подходить. Достаточно порой зайти в студенческую аудиторию, где я преподаю, окинуть взглядом четверокурсников и вздрогнуть: неужели я сейчас буду их чему-то учить?

Да что я знаю-то, кроме того, что поплавок должен дёрнуться три раза, что правое весло всегда забирает чуть больше, что грузди без червяков — в ельнике, что лучший способ начать драку — неожиданная подножка?..

Вот и страна моя вглядывается в себя с ужасом, просматривая старые наивные фильмы, слушая ушедших навеки бардов или вспоминая своё невинно-бодрое прошлое времён БАМа. Она выросла будто бы параллельно со мной, утеряв наивность и веру в светлое будущее. Детство кончилось, брежневский слюнявчик сдали в музей, воцарился цинизм и бабловые фетиши, топтание идеалов и хаос в головах, который бывает только у взрослых. Иногда, откопав в кармане древний октябрятский значок или грамоту за победу в сборе металлолома, страна вдруг задумывается, смотрит на себя в зеркальную витрину гламурного бутика и говорит: «Чёрт возьми, неужели это я? Вот такая слишком взрослая — с «Домом-2», стариками, которые бросаются под автомобили, чтобы получить страховку, отделившейся Прибалтикой, «Та-ту» и фразой «Это ваши проблемы»? Неужели я так выросла? Зачем?..»

Почему мы так быстро выросли, Макс?


Яндекс.Метрика
© 2006-2018 «Полит74»
Редакция: info@polit74.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск