7 августа 2007, 13:00 Автор: Константин РУБИНСКИЙ

Дальнобойщики: эволюция

Меня никогда не смущала фальшь старых советских идеологических фильмов. Взять, скажем, кино пятидесятых. Когда пограничник Худальбельдыев стреляет в своего друга, оказавшегося западным шпионом, с гортанным криком «ты со мной один плов ел!», я не загибаюсь в корчах перед телевизором. Более того. Я верю, что уж один-то на тысячу такой Худальбельдыев — девственно наивный, взятый из дремучего аула и честно воспитанный безупречной советской идеологией — действительно существовал.

Не верю я нашим современным отечественным фильмам. Например, сериалам, которые, кстати, на правду жизни очень даже претендуют — иначе, как говорят их режиссёры, «нас просто не будут смотреть». Вот, к примеру, набившие всем оскомину «Дальнобойщики». Вроде всё правильно, включая кастинг актёров – лица и повадки главных героев действительно «в десятку». Но, Господи Боже мой, как это они на протяжении стольких серий умудряются говорить без единого словечка мата? Это же даль-но-бой-щи-ки! Я понимаю, что отсутствие мата — художественная условность, продиктованная наличием широкой аудитории, спецификой сериала и т.п. Скажем, секс в сериалах тоже не показывают, но в нужные моменты подразумевают; значит, и здесь после каждого слова нужно самим мысленно вставлять матерки за наших персонажей? В общем, мы на пару со Станиславским — не верим!

Но это всё наносной цинизм. Потому что краешком своего скабрезного сознания всё-таки хочется надеяться, что где-то ещё наяву существуют тот мент и дальнобойщик, и токарь, которые не матерятся. То есть, такие люди, которые понимают, что «эту мать не нужно вспоминать», как озаглавил С. Смирнов одну из своих недавних колонок.


Неужели, неужели такие люди есть? Как сладостно было бы мне, насмешливому цинику, ошибаться и думать, что сериал не лжёт!

И не потому, что я так плохо отношусь к мату и эстетствую. А потому, что втайне, как все циники, я «оскорблённый идеалист» и хочу верить в абсолютно положительных героев. Мне, может, сегодня и Худальбельдыева не хватает, и Штирлица, и дальнобойщика с приличной речью. То есть, этаких существ из Красной книги. Приятно думать, что на планете остался ещё один сипун северовосточный короткохвостый, несмотря на то, что последний раз его видели в 1949 году. Приятно думать, что по стране ещё где-то бродит слесарь, который не нюхал спиртного. Подросток, который не ведает, что такое www.porno.ru. И дальнобойщик, который не матерится. Ага. Едет по трассе, его подрезают, а он и говорит: «Нехорошо ведь». Сломался трейлер, он залез под него и говорит: «Ай-ай-ай, вот неприятность». Или уронил себе на ногу запасное колесо и говорит: «Ну и ну, больно же». В общем, как в анекдоте: «лейтенант Онучев, будьте добры, постарайтесь, чтобы мне не попадали на голову капли расплавленного олова».

Я это всё к чему веду. На той неделе, дорогие друзья, я видел тройку дальнобойщиков, которые не матерились. Не верите? Дело было по пути из Москвы в Пушкинские Горы (я, как вы поняли, продолжаю путешествовать). Я зашёл в уютный кабачок на автотрассе и устроился за столиком, чтобы выпить кофе. За соседним столом сидели дальнобойщики и беседовали на средней громкости. Их фуры стояли за окном. Не успел я отпить кофе, как почувствовал что-то неладное. Дальнобойщики говорили чудесным русским, практически литературным языком, в их речи совершенно не было мата. Речь и сам разговор были спокойными и рассудительными. Я слушал минуту, три, пять, а затем, присмотревшись, обнаружил ещё одну поразительную деталь: все они ели чрезвычайно аккуратно, ножом и вилкой, а на коленях у них лежали салфетки. В них не было той классической усталости работяг, которым на отдыхе «можно всё»: закурить в некурящем зале, громко рыгнуть, щипнуть официантку, просто заорать на весь зал «Вован, ты не прав», попросить поставить «Владимирский централ». Нет. Эти были похожи на преподавателей университета, обсуждающих в буфете какой-то философский вопрос. Такая размытость социально-классовых границ привела меня в ужасный восторг, точнее, в восторженный ужас.

«А вдруг ряженые? — вздрогнулось мне. — Или, может, тут очередную серию фильма снимают? Или это не дальнобойщики вовсе?» Но нет. Вот они встали, расплатились и двинулись к фурам. Сели, завели, поехали.

Неужели, подумалось мне в этот момент, всё-таки не жизненная среда формирует искусство, а наоборот? И пресловутый «мыльный» сериал смог выработать в реальности новую генерацию дальнобойщиков — людей без мата, сивухи и русского шансона?

Подошла официантка. «Хорошие ребята, — мечтательно сказала она, перехватив мой взгляд на отъезжающие фуры. — Тут латыши не редкость. Ездят между Ригой и Москвой, грузы гоняют». «Латыши?! — завопил я. — Но они же говорили на русском…» «Русские латыши, — ответила официантка. — Их сразу видно. По крайней мере, я различаю с полуслова»…

Вот такая правда жизни. Интеллигентных дальнобойщиков я действительно видел. В транзите по России. А их настоящая родина, к сожалению (или к счастью?), находится там, где нет ни «Владимирского централа», ни пьяных слесарей. Так что теперь я в таких дальнобойщиков верю. Как в Худальбельдыева.

Ну, а найдёте подобные экземпляры на Руси — пишите в Красную книгу и сюда, в форум. Только, чур, Гостюхина с Галкиным не предлагать.


Яндекс.Метрика
© 2006-2018 «Полит74»
Редакция: info@polit74.ru
Реклама: reklama@granadapress.ru
г. Челябинск